|
ТАКТИЧЕСКОЕ МЫШЛЕНИЕ
Борис Обносов был назначен генеральным директором российского предприятия ОАО «Корпорация «Тактическое ракетное вооружение» в 2003 году. Последующий период ознаменовался планомерным ростом деловой активности компании, поскольку российские ВВС после длительного перерыва начали проводить столь необходимую модернизацию находящихся на вооружении систем типа «воздух-воздух» и «воздух-поверхность». В интервью Дугласу Барри, шефу лондонского бюро издания Aviation Week & Space Technology, и редактору Алексею Комарову, Борис Обносов рассказал о развитии ведущего российского производителя авиационного управляемого оружия.
- (Aviation Week & Space Technology): Какое развитие получила структура КТРВ с момента создания корпорации в 2002 г.? Как Вам удается управлять и фокусировать деятельность корпорации ТРВ, которая к настоящему времени включает в себя такое большое число предприятий?
- Обносов: КТРВ повезло в процессе ее расширения, потому что, как вы знаете, она пережила три этапа консолидации. На первом этапе было шесть предприятий, затем последовал указ о присоединении еще восьми, и согласно последнему указу Президента в нее вошли еще пять предприятий. По существу мы объединяем 20 предприятий, поскольку одно мы создали сами – оно одновременно является и торговым домом, и производящей компанией. У нас не было большого опыта руководства таким большим числом предприятий, поэтому мы старались изучать и перенимать все лучшее, что есть на Западе, да и на Востоке тоже…Создание корпорации поэтапно позволяло нам накапливать опыт.
Конечно, (такой корпорацией) сложно управлять, поскольку управляющая компания одновременно является и головной производящей компанией. Поэтому каждый из моих заместителей одновременно курирует свое направление по корпорации в целом. В настоящее время мы прорабатываем вопрос выделения управляющей компании.
- Как в настоящий момент функционирует управленческая структура?
- Отношения строятся через советы директоров. У нас есть большой совет директоров корпорации, который определяет приоритетные направления корпоративного развития в целом. На сегодняшний день российским Правительством одобрена стратегия развития корпорации до 2017 года. Для управления дочерними компаниями мы имеем представителей головной компании в советах директоров, что позволяет доводить до них основные стратегические направления развития.
- Считаете ли Вы, что и далее Корпорация «ТРВ» должна продолжать работать так, как сейчас, или Вы думаете, что существует потребность консолидировать усилия [отдельных предприятий] как в опытно-конструкторских работах, так и в производстве? Считаете ли Вы, что потребуется дальнейшая консолидация сектора промышленности, производящего управляемое оружия?
- Мы считаем, что останавливаться на этом пути нельзя, необходимо продолжать… Но конечно, необходимо сохранить управляемость такой структуры. Мы занимаемся консолидацией не ради консолидации. Наша цель – повысить эффективность, а эффективность может быть повышена по разным направлениям. И конструкторские разработки, и использование общего технологического потенциала и испытательной базы может быть организовано таким образом, чтобы максимально сократить издержки.
- Как Вы расставляете приоритеты в НИОКР среди различных предприятий?
- Я приоритеты не расставляю. У нас есть государственная программа разработки вооружений, которая как раз и расставляет приоритеты. Я не создаю то, что не будет никем востребовано. У нас примерно такой же подход, как например, в США. Министерство обороны определяет, какое вооружение требуется, проводит анализ зарубежных рынков, для этого есть специальные структуры, занимающиеся исследованиями. Наши собственные специалисты также включены в процесс определения потребностей. Конечно, наше мнение в определенной степени влияет на принятие окончательного решения.
- Каков нынешний баланс между экспортом и внутренними поставками в процентах? Как, по Вашему мнению, изменится это соотношение через 5-10 лет?
- На сегодняшний день доминируют экспортные поставки, на их долю приходится 60-70 %. Этот показатель разный для каждого предприятия, я привел средний. С развитием российской экономики и необходимостью обновления находящихся на вооружении систем (к 2015 году) фактическая доля нашего внутреннего оборонного заказа увеличится. В то же время мы будем пытаться сохранить существующий уровень экспортных поставок, поскольку мы заинтересованы и в том, и в другом.
- К 2015 году соотношение будет 50 на 50?
Думаю, что соотношение останется прежним, (хотя общий уровень повысится). Правительство следует очень разумной стратегии закупок. В России закупки не будут осуществляться по советской модели, когда мы (работали 24 часа в сутки), чтобы выполнить гособоронзаказ.
- В течение последних двух десятилетий Китай и Индия представляли собой наилучшие экспортные рынки. Однако обе страны создают собственную промышленность, способную производить управляемое оружие. Особого прогресса в разработке оружия «воздух-поверхность», «воздух-корабль» и «воздух-воздух» добился Китай. Произведенный в КНР вариант самолета Су-27 (под обозначением J-11B ) оснащен китайским радаром, авионикой, двигателями и оружием. Так, Р-77 (RVV-AE) и Р-27 на этом «китайском Флэнкере» заменены на ракеты PL-12, а YJ-91 являются версией ракеты Х-31П. Какова стратегия компании, направленная на успешное развитие и доступ как на китайский, так и индийский рынок?
- Это не простой вопрос. По моему мнению, YJ-91 - это наша ракета Х-31П, но под китайским обозначением…Китай продолжает проявлять интерес к закупке нашей ракеты. Я считаю, что ракету невозможно скопировать. Говоря о рынках Китая и Индии, во-первых, нужно отметить, что этими странами можно восхищаться, поскольку они повзрослели и обладают очень серьезным инженерно-техническим потенциалом. Им невозможно продать устаревшую ракету.
- Вы упомянули о том, что Китай и Индия переросли этап своего промышленного «детства». Китай разрабатывает свои собственные эффективные системы. В прошлом индустриальная модель базировалась на том, чтобы продавать систему вооружений целиком. А сегодня насколько близки вы к тому, чтобы начинать думать о совместной разработке систем или, по крайней мере, иметь китайских или индийских субподрядчиков?
- Процесс, о котором вы говорите, прослеживается на Западе, поскольку за исключением США и Великобритании, все ключевые западные системы вооружений создаются в кооперации… И конечно, когда мы говорим о совместной разработке, мы говорим о будущем. Вопрос состоит в том, как скоро может быть реализовано наше сотрудничество в сфере разработки вооружения. Нам необходимо изучить возможности другой стороны. Будет ли вклад сторон равнозначным или нет? Перед глазами есть первый пример такого рода сотрудничества с Индией - проект «Брамос». Но такого рода решение принимается на уровне правительства, а не на уровне корпораций, поскольку разработка и торговля оружием – это, возможно, одна из самых строго контролируемых сфер. Но рано или поздно международное сотрудничество в этой сфере наладится. Ведь невозможно противостоять мировым тенденциям.
- В прошлых беседах Вы упоминали, что 90-е годы были периодом стагнации для сегмента управляемого оружия. Насколько сложен был тот период для промышленности? Что повлекло за собой недостаточное финансирование?
- Многое написано о том времени и о тех переменах, которые оно вызвало. В течение 1990-х гг. было необходимо изменить все приоритеты страны. Конечно, процесс был болезненным, в особенности, для оборонной промышленности. В те годы было очень непросто сохранить наши инженерные и рабочие ресурсы. Это негативно повлияло на все сферы деятельности. 90-е гг. были своего рода экспериментом по выживанию. Но с 2000 г. появилась возможность изменить ситуацию к лучшему.
- Недавно компания MBDA осуществила два управляемых пуска ракет «воздух-воздух» Meteor с прямоточным двигателем. «Вымпел», входящий в состав КТРВ, разрабатывал в свое время аналогичную модификацию ракеты Р-77. Похоже, это одна из тех программ, на которую оказал негативное воздействие кризис 90-х. Остается ли это направление разработок в сфере интересов КТРВ?
- Если мы сравним программы разработки ракет Р-77 и «Метеор», то мы идем вровень. Разработка ракет с ПВРД представляет большой интерес. На этом сконцентрированы усилия наших научно-производственных ресурсов, и развитие этого направления продолжается.
- РСК «МиГ» недавно сообщила о разработке прототипа беспилотного ЛА (под обозначением СКАТ) – для удовлетворения потенциальной потребности российских ВВС в таком вооружении. «Сухой» также работает в этом направлении. Присматривается ли КТРВ к разработке оружия для БПЛА?
- СКАТ – это крупногабаритный БПЛА. Конечно, мы заинтересованы в поставке вооружения, которое будет адаптацией наших ракет малой и средней дальности. Другой интересный вопрос – это создание малогабаритных БПЛА. Это гораздо более сложная задача, которая потребует больше времени на ее решение. Но еще раз хочу подчеркнуть, что за этим будущее нашей промышленности .
- Во время работы МАКС-2007 КТРВ продемонстрировала три «новых» разработки – Х-31АД, Х-58УШКЭ и Х-38МЭ. Не могли бы Вы рассказать немного подробнее о каждой из этих систем?
- Ракета Х-31АД имеет примерно то же применение, что ракета Х-31А, но имеет более мощную боевую часть и увеличенную (в два раза) дальность. Противорадиолокационная ракета Х-58УШКЭ оснащена широкополосной ГСН, складывающиеся аэродинамические поверхности позволяют размещать ее на внутрифюзеляжной подвеске.
Ракета Х-38МЭ предназначена для поражения различных защищенных, бронированных целей, может оснащаться различными (модульными) типами ГСН.
Насколько важен успех семейства Х-38МЭ для будущего КТРВ? Когда ракета будет предложена на экспорт, учитывая, что Х-25 уже является «зрелым» продуктом?
Х-38МЭ – это ракета модульного типа. При ее создании использовался весь тот опыт, который накопило предприятие за эти годы. Если вспомнить историю создания ракеты Х-25, то она заменила ряд ракет предыдущего поколения, таких как Х-66, -23, -27. Мы продолжаем применять принцип модульности. Хотелось бы выйти с этой ракетой на рынок уже сегодня… Надеюсь, что это произойдет как можно раньше.
- Ракета Р-73 установила новый стандарт для ракет ближнего боя с ИК-наведением, когда она поступила на вооружение примерно в 1987 г. С тех пор прошло двадцать лет, и конкуренты предлагают более совершенные ракеты, такие как Asraam, IRIS-T, Python 5, AIM-9X. Что в этой ситуации предпринимает КТРВ?
- Вы упомянули ряд наших конкурентов, которые широко известны. Я думаю, что не смотря на «почтенный» возраст ракеты Р-73, она еще может себя показать, если применяется в определенной ситуации. Хотя на Западе появилось новое поколение ракет, Р-73 остается конкурентоспособной. Конечно, мы занимаемся вопросом ее замены на более совершенные образцы. Работы ведутся в направлении улучшения характеристик: помехозащищенности, возможности применения в любое время суток, всенаправленного действия.
- Кажется, что разработка новой ракеты К-30 заняла достаточно много времени. Это один из примеров пагубного влияния 90-х гг.?
- Как только мы получим разрешение упоминать обозначение этой ракеты, мы сможем о ней говорить. Разработка вооружения – это не та сфера, где нужна большая «прозрачность».
- Через 5-10 лет России придется предложить замену существующим вооружениям.
- Я полностью согласен. Технологический прогресс продолжается. Его не возможно остановить.
|
